В Бирском районе на одного музыканта и поэта стало больше

От панк-рока к пчелкам

—Дмитрий, откуда вы родом?

—Из Средней Азии. Папа уроженец Мишкинского района. Мама—сибирячка из Красноярского края. Родители работали в геологии. В детстве жил в Башкирии на родине отца, но потом с мамой по семейным обстоятельствам уехали в Крым.

—Почему обратно вернулись?

—По состоянию здоровья наладить свою личную жизнь. Надеюсь на перемены в лучшую сторону. Живу у родственников в селе Баженово. Раньше Башкирия не притягивала—ассоциации из детства. Но, взрослея, понял, что надо отпускать и смотреть на все с новой точки зрения. Два года приезжал сюда—понравилось. Поэтому решил перебраться.

—Чем сейчас занимаетесь?

—Посадил свой огород. Приобщаю себя к труду. Немного занимаюсь пчеловодством. Башкирский мед самый высокий по качеству после Алтайского. Пчелки—для души. Про них написал и несколько детских песен. Сочиняю стихи.

— С чего началось ваше творчество?

—Гармония внутри меня жила постоянно. Это идет из детства. Пришел к музыке в 14-15 лет. Благо, средний брат в это время уже играл в эстраде. И видя мои успехи во владении гитарой, начал брать на репетиции. Потом вошел в основной состав группы. Был вторым гитаристом. В это же время начал писать. По моей манере видно, что я, конечно, рок-н-роллщик. Больше нравится романтик Цой. В юности был похож на него: зимний каскад, хаер, длинные волосы, челюсть вперед и «…ты часто проходишь мимо, не видя меня». «Это не любовь»—самый любимый его альбом.

—На чем базируется ваше творчество?

—Художник должен быть всегда голодным. В этом состоянии он пишет прекрасно. Плюс он должен быть зол на себя в том, что все плохое на него свалилось, а он оказался не готов это принять. В таком состоянии он творит вообще классно. Ты генерируешь отрицательную энергию, выплескивая ее в добрые слова. Это мотивирует порой.

—Стихи и песни для детей у вас в том же ключе?

—Мама привила любовь к уюту, домашнему теплу. Стараюсь как можно больше песен и стихов укутывать добротой. Никогда не зарабатывал на творчестве. Писал для себя, для самовыражения. Рок, панк-рок, эстрадные песни, все, что приходило. После операции написал стихотворение «Маленькие детки, берегите носики!». До этого были детские стихи, конечно, но не зацикливался на них. После операции—накрыло.

—Чтобы новое поколение выросло достойным своих предков, что нужно сделать?

—Мы должны их поддерживать. Давать им самое лучшее. И это не айфоны и одежда. Это культура, история и наследие. Важно, чтобы они знали свое генеалогическое древо. Минимум до седьмого колена. Как только мы этого добьемся—станем несломляемы. Нас точно признают.

Обратитесь к истории!

—Вы жили в Крыму. Переворот на Украине тоже застали?

—Да. Только в 2015 году уехал в Москву. Мне довелось стать участником первой волны протестующих в Киеве против Майдана. Это ноябрь 2013 года. А в декабре начались страшные события. Вспомним Корсунь-Шевченковский... Там сожгли автобус с нашими крымскими ребятами из «Беркута». После этого и пришло понимание, что это все...

На Антимайдане выступал в качестве сочувствующего партии регионов. В их состав не входил, но поддерживал определенные идеи. Виктор Янукович много раз приезжал в Крым. Политику вел правильную—на консолидацию с Россией, на право русского языка в украинском государстве. Кто-то может возразить, зачем, мол, в этой стране русский язык? Но, ребята, давайте обратимся к истории—там все ответы. Русский язык на этих территориях был всегда. Права русскоговорящих ущемлять нельзя!

—Возникло ли тогда подозрение, что все события в дальнейшем выльются в то, что мы сейчас имеем?

—Нет. Вообще не понимали, что происходит.  Думали, что все изначально возникло только для того, чтобы выпустить Юлию Тимошенко на волю. Но когда начали бомбить Банковую улицу, когда шествовали с факелами ночью, даже мы, крымчане, пришли в шок. А потом начали избивать наш «Беркут»… Помню, как их встречали. Тогда уже поняли, что все очень серьезно и быть беде. Очень много пострадало детишек в Донецке и Луганске. Из-за каких-то банальных финансовых выгод. Причем не гривен, ни рублей—долларов. Жалко. Из них могли бы вырасти ученые, профессоры, поэты, музыканты. Мы их не вернем…

—Как отнеслись к происходящему? Что для вас это означало?

—Во-первых, это было недопонимание всей ситуации. Оно возникает от недоуслышанности. Те силы, которые на Украине рвались к власти, скрывались в тени. Люди не срывали масок до последнего момента. Потом, когда стали готовы, показали свои истинные лица. Это стало ясностью того, что там балом правит сатана. Цель у них была одна—прийти к власти и разворовать страну. Что они и сделали впоследствии. Самое страшное, что их СМИ правды никогда не скажут. До сих пор не могу понят, как они смогли поверить, что Россия—агрессор. Она такой никогда не была. Наоборот, она всегда помогала.

—Что можете сказать о происходящим, будучи непосредственно вовлеченным в него?

—Произошел большой разрыв. У многих людей там живут родственники. Эти события разобщили. Это коснулось и моей семьи— остался без родных. Именно потому, что у людей возникло недопонимание ситуации. Близкие выступили за Украину. Причем проживают они в прекрасной для них капиталистической стране. У них все хорошо. И считают, что Крым поступил неправильно.

—Республике это оказалось нужно?

—Когда случился референдум за присоединение к России, мы действительно на выборы пришли все и отдали свои голоса. Для нас это был самый лучший вариант. Это закономерный шаг возвращения. Опять-таки следует обратиться к истории, и все вопросы прояснятся.

—Крым после присоединения изменился?

—Мечта моего детства—попасть в «Артек». Она осуществилась в 2012 году. Когда увидел, что там происходит, я—взрослый мужик, плакал. Все было развалено и рассыпано. Видя это, понял, что люди не ценят свою историю. Ее просто хотят уничтожить… Посмотрите сейчас на «Артек». При России его восстановили. Даже в малых деревнях, где раньше пальцем не шевелили, начали дороги прокладывать. Это о многом говорит.

Русский ковчег и самобытная культура

—Говорят, что Западу было выгодно происходящее на Украине. Как вы думаете?

—Это однозначно был заказ.

—Зачем ему это было нужно?

—Из истории мы помним, что основой всего есть война за рынок сбыта и сферы влияния. Поскольку на территории РФ большие запасы природных ресурсов, она представляет огромный интерес для всех стран. Но почему-то ошибочно западники считают нас своим сырьевым придатком. Но нет. Это не так. И президент Путин это уже доказал.

Сам же Запад себе наступил на горло. Потому что, объявив санкции нашей стране, потерял самого большого импортера и экспортера. Но мы способны все сделать сами. Мы справимся. К тому же в географическом плане Россия в выгодном положении. Если что произойдет, ее коснется не в полной мере. Она как библейский ковчег.

—СВО—это правильный ответ Западу, или нужно было действовать иначе?

—У меня племянник—профессиональный военный. Сейчас на СВО. Для нас это необходимость. Наш президент знает, что и как делать. На самом деле угроза действительно была. И она страшна еще тем, что мы бы ее таковой не восприняли. Потому что Украина всегда была для России младшей сестрой. Наша страна оберегает свои границы и граждан. СВО это русский щит. У нас спокойно сейчас и тихо. Хотелось бы, что все, кто русский по духу, вернулись под знамена великой Руси.

—Из ваших знакомых многие перебрались в Россию?

—Да. Есть друзья бизнесмены, которые из Украины после всех событий уехали в Москву. У самого был бизнес на Западной Украине. Но его просто отжали. Не смог туда поехать, потому что меня внесли в список «Миротворца». Но сила России в том, что она добра. Добродетель—высшая степень. Это не пафос. Много где путешествовал, общался с людьми разных наций. Для меня нет вообще национальных границ. Россия—страна благодетели.

—Наша страна—это Запад или Восток? Или граница пересечения двух миров?

—Это нечто особенное. Иногда думал о том, какая на самом деле сущность России. Понимал, что ее ценность в деревянных домах, сохранении культуры.  Терраски, сады, аллеи—это и есть Россия и культура! Был в Коломне, Сергиевом Посаде... Везде красиво! Это маленькие провинциальные города, но все отличаются самобытностью. Кстати, Бирск ничем им не уступает. Красота и тишина. Расположение очень прекрасное—река, лесостепи, тут же и возвышенности. Классно. В этом и есть самобытность России.

Империя добра

—Что еще о Бирске можете сказать?

—Город очень нравится. Вообще, Башкирия—прекрасна. У вас много талантливых людей. Вот смотрю на репродукцию купцов на Октябрьской площади и думаю, что если украсить подобным образом другие дома—получится не хуже, чем московский Арбат. Ведь стрит-арт—это стиль, культура...  А здесь работал очень профессиональный художник.

—Какая главная отличительная черта Бирска?

—Город хороший, добрый и светлый. По расходам не дорогой. Кроме спокойствия и отсутствия суеты здесь есть аура единения. Такое в Питере раньше было, в прибалтийских городах немножко. Особенно отличаются люди. Они, в большей мере творческие, как из одной семьи. Радушные и открытые. Везде спокойствие, стабильность и тишина. Воздух, вода, климат другие. Это привлекает. Думаю остаться. Здесь уже приходит вдохновение, и возникают первые строки.

—Каким видите будущее России?

—У нас очень хорошая страна с богатой и самобытной культурой. Империя добра.  Мы обязаны это сохранить. Мы единственные, у кого она еще осталась, потому что, к сожалению, американские ценности захватили все. Не против попсы, но фольклор—это высшая степень. Начальная форма всего.

—Дмитрий, спасибо за беседу. Желаю вам творческих успехов и огромного вдохновения!

Фото из архива Дмитрия Абдуллина.