Профессионализм, в который веришь

Недуг, как это обычно бывает, подкрался незаметно. С утра вдруг заломило в суставах и разлилась по телу слабость. К вечеру подскочила температура. Две недели лечения народными средствами и таблетками, прописанными терапевтом, результата не дали. Стал зашкаливать градусник. Скорая, приемный покой, больничная палата...

Ночью в коридорах терапии Бирской ЦРБ на первом этаже тихо. В моей палате на пять пациентов и через стенку периодически раздается надсадный кашель, беспокойно ворочаются на жестких госпитальных койках соседи. Как правило, возрастом за пятьдесят и более. Рабочие, инженеры, служащие... Внебольничная пневмония.

Шесть утра. Двери в палату распахиваются. Из коридора в атмосферу застоявшегося за ночь мужского духа потянуло свежим воздухом. Медсестра подносит к каждой койке штативы с капельницами. Некоторые системы венчают гроздья прозрачных флаконов с лекарственными растворами, по две-три штуки за один прием. И так три раза в день. А что вы хотите, интенсивная терапия.

После гигиенических процедур больные вытягиваются на койках, расположившись к капельницам левой или правой рукой, где было меньше всего инъекций в вены.

--Потерпите чуть-чуть,--тихо говорит медсестричка, услышав еле различимый стон при вводе иглы в вену.--Знаю, больно, иглы в системах нынче не очень острые, потерпите... Вот и все, не щипет? Лежите. Буду следить за капельницей.

На несколько десятков минут в палате устанавливается тишина. Пять пар глаз смотрят, как мерно капает лекарственное средство в пластиковую гибкую трубочку.

Медицинские сестры, сестрички... Рабочие пчелки больничных отделений, закаленные и опытные бойцы в битвах с болезнями. Командует ими старшая медсестра Юлия Васильевна Алтунина. Обязанностей у них уйма, а умеют они все: ставить капельницы, брать кровь из вены, перевязывать, ассистировать врачам, готовить мединвентарь к работе... А еще снимать боль утешительными словами. Но когда надо, проявят строгость и бескомпромиссность с недисциплинированными пациентами. Особенно с теми, кто по недомыслию пренебрегает врачебными предписаниями.

Все медики закутаны в герметичные комбинезоны, на лицах маски и респираторы, на руках перчатки. Нелегко в этих «скафандрах» трудиться всю смену, но никто не ропщет. Вот и сейчас в палате появляется в белом комбезе лечащий врач Елена Олеговна Фатхинурова— утренний обход. Мешковатое облачение однако же не может скрыть стройность ее фигуры и легкость походки.

Ваш автор далеко не завсегдатай больниц и клиник. И всегда представлял себе врачей так, как о них пишут в хороших книгах. Если не боги, то уж полубоги точно, словом, идеальные создания. Интеллигентность во всем: в одежде, в словах, жестах, отношении к больному. И конечно же безусловный профессионализм, в который веришь сразу и бесповоротно.

Такая и Елена Олеговна. Ясный и проницательный взгляд, негромкий, но уверенный голос. Точные вопросы. Терпеливое и внимательное выслушивание жалоб. Четкие советы, рекомендации и понятный расклад порядка лечения. По-настоящему истинное, отнюдь не показное участие к пациенту.

Вот она хвалит моего соседа слева за неукоснительное соблюдение всех процедур, говорит об обнадеживающих результатах исследований его крови и состояния легких посредством компьютерной томографии. Обещает выписать его через пару дней. Так и получилось.

А вот другого соседа тихо, но твердо отчитывает за то, что мало дышит кислородом через соответствующий аппарат, редко лежит на животе... И обрисовывает в итоге мрачную перспективу. Проняло. В последующие дни пациент стал образцовым в принятии лечебных процедур и довольно быстро пошел на поправку.

На освободившуюся койку тут же приходит очередной товарищ по несчастью, словохотливый. Из тех, кто скептически относится к информации о серьезности ситуации из уст докторов, из сводок СМИ о пандемии, о необходимости соблюдать уже, наверное, выученные всеми наизусть меры безопасности. Из которых самое простое—масочный режим.

--Нет ничего! Это все наверху придумали,--поначалу безапелляционно заявляет он.--Просто температура. Пройдет.

Но ему становится хуже. Он часто дышит, наливается кровью лицо. Молчание, растерянность и мелькание страха в глазах. Похоже, поверил, что врачи не врут. Мы все тут же натягиваем на лица одноразовые маски и с сочувствием поглядываем на него. Уколы, капельница, таблетки... Дыхание у новенького восстанавливается, лицо светлеет, взгляд проясняется. И его, как говорится в известной комедии, вылечат.

Удивительное дело, как мы на своем обывательском уровне, на кухне ли, в перекур ли на работе, любим ругать нашу медицину. И так нам неладно и эдак. Да, проблем немало. Но ведь лечат. И вылечивают. Все пятеро пациентов палаты, включая автора, один за другим уехали домой здоровыми, и никто не заплатил больнице ни копейки. Попробуйте лечь в больницу на неделю-две в тех же Штатах. Страховка, если вы, конечно, не богач или высокооплачиваемый специалист, быстро заканчивается, и пациенту в итоге выкатывается огромный счет. Подобными историями заполнена вся Сеть.

Да, интерьеры в нашей больнице порой обшарпанные. И кафель в санузле родом из 70-х. И в обеденных тарелках отнюдь не ресторанные лобстеры и фуагра, а родные гречка и картофельное пюре. Но медоборудование и инвентарь в порядке, лекарства в наличии. В больнице работает компьютерный томограф. Всех обитателей палаты подвергли исследованию на КТ дважды.

А больничное питание, кстати, полезное и, видимо, сбалансированное диетологами. Каши, супы, рыба, нежирное мясо, компоты, соки, яблоки, овощные гарниры... Голодным себя не чувствуешь вовсе. При этом незаметно уходит вес. Я, например, за пару недель сбросил совершенно мне не нужные пять «жирных» килограммов. Оздоравливаешься по всем параметрам.

Медсестра из дверей палаты называет фамилии, кому на КТ, ваш автор в их числе. Больничных пропускают в первую очередь. Медик в который раз усталым голосом терпеливо разъясняет ход предстоящей процедуры. Бочка томографа «проглатывает» человека до пояса. Над головой мерцают разноцветные огоньки датчиков. Компьютерный голос вещает: «Вдохните и не дышите... Дышите». В первый раз полностью вдохнуть и задержать дыхание не удалось--закашлялся. Во второй раз, уже перед выпиской, от кашля не осталось и следа, ура! Выезжаешь из зева томографа и—в палату.

Главный фактор успешного лечения, разумеется, это сами медики: врачи, фельдшеры, сестры. А ведь есть еще и «красная» зона, где наши доктора в буквальном смысле на самой передовой сражения с инфекцией. Где либо жизнь, либо... Не сломаться, профессионально не выгореть, не допустить ошибки, поставить пациента на ноги во что бы то ни стало, просто физически выдержать многосуточную вахту дежурств корпения над больными—это очень тяжкая ноша. Спасибо вам за самоотверженный труд и благородное служение добру.