Одной из известных персон в истории Бирска является безногий лодочник Габбас

Перевозчик без графика

Историк, краевед Нина Рыбалко писала в своем очерке «Белая вчера, сегодня, завтра»: «Никто уже не помнит его полного имени. Прокаленный на солнце до черноты, широкий в плечах, с сильными мускулистыми руками, Габбас появлялся на реке с восходом солнца на низкой деревянной каталке, отталкиваясь от земли мощными толчками рук. Он был мал ростом, но не было на берегу реки заметней фигуры, чем Габбас.

Весь трудовой день, а зачастую и ночь, он работал перевозчиком. Паром и катер перевозили лишь в определенные часы. Габбас на весельной лодке трудился без всякого графика. На берегу стояла деревянная будка, которая на все лето становилась его домом. Местный поэт Игорь Цаголов посвятил перевозчику поэму. К сожалению, ни в одной библиотеке Бирска стихи о нем не сохранились.  Они были напечатаны в газете «Победа» в 60-70-х годах».  

Поэма о лодочнике найдена!

Да, неуловимое и почти потерянное творение Игоря Цаголова оказалось жИво-здорОво! А нашли поэму в белой папке под названием «Стихи Игоря Цаголова» сотрудники исторического музея. Деятельное участие в поисках принимала и автор очерка о реке Белой и перевозчике Нина Владимировна Рыбалко.

С облегчением отложил я в сторону очередную толстенную подшивку «Победы» уже за 1970-й год, извлеченную из редакционного архива. А до этого полную подшивку районки за период с 1960-го по 1968-й просмотрел в библиотеке №4, что в центре города. Спасибо за помощь ее сотрудникам. Стихи Цаголова попадались редко. С удовольствием читал их и записывал в свой блокнот. К слову, с автором стихов был знаком еще в студенческие годы в Бирске. Встречались даже в Аскино, где я «отрабатывал» диплом после института учителем английского языка.

Прочитав поэму, одна из моих знакомых призналась: «Ты знаешь, я не выдержала и, достав платочек, вытерла набежавшие слезы к концу стихотворения. Написано трогательно, натурально, живым простым языком. Да, нелегкая судьба у человека. И ведь не пал духом, нашел себе достойную, вызывающую уважение работу».

Итак, поэма перед вами. Читайте внимательно ее короткие чеканные строки, напомнившие мне творения Владимира Маяковского.

Ценная информация—из первых уст

Я начал сбор материалов о перевозчике Габбасе с бесед со старожилами Забелья, с парой-тройкой ветеранов, жителей Прибелья:  Камешника, ул.Набережной. Увы, добавить им что-то нового к биографии Габбаса не было. Но не зря говорят: прежде чем обратиться к дальнему, начни с ближнего. Ну, например, с моего давнего друга, соратника по путешествиям с учениками по необъятным просторам СССР Аклима Камалова.

Я чуть не выронил мобильник из рук от радости, услышав его слова: «Знаю ли я безногого перевозчика Габбаса? Конечно, раз пять, если не больше, сидел в его «баркасе»! Подходи, поговорим».

И уже через полчасика я слушал Аклима: «Так вот, ходили мы, пацаны и девчонки, в Забелье, за ягодами клубники, шиповника и калины, съедобными травами—кисляткой, сергибусом, диким чесноком. Время-то, сам знаешь, было не слишком сытное. Мне тогда лет 11-12 было, это 1955-56-е годы. Переправлялись через Белую на пароме, на «Горлинке» или лодке Габбаса. Даже не лодка, а целый баркас! Человек 15 вмещала.

Габбас сам не греб, он сидел на корме с рулевым веслом, то есть был кормчим. Следил за порядком в лодке, покрикивал на нарушителей, мог и матерком успокоить. Но это было редко. Перевозчика уважали и побаивались—мог и не пустить на судно. Гребли те, у кого денег мало или нет совсем, по двое с веслами у бортов (с гребцов денег не брал). Чаще за веслами сидели женщины.  На корму Габбаса, обхватив с боков руками, подсаживали двое из пассажиров.

Слишком худым он не был, невысокий, но коренастый. Молодой? Вряд ли, тем более побывавший на войне и потерявший на ней ноги. Одежда? Носил по погоде, конечно. В холода видел его в шапке, в жару в тюбетейке или без нее. Культи были обернуты  кожей темного цвета, «пятая точка» тоже обшита: поерзай-ка весь день на корме! «Велоколяска» вызывает сомнение, на коляску без ног забраться трудно. Деревянная каталка реальнее. Будка его была где-то возле спасательной станции.

Фамилия Габбаса, родня, годы его жизни нам были неизвестны.  Но память о нем, его доброте и отзывчивости до сих пор жива у людей нашего поколения. Похоронен, скорее всего, на мусульманском кладбище.  Я согласен с предложением установить его скульптуру или, как сейчас говорят «арт-объект показа», на планируемой набережной или в парке речников. В лодке, и как в стихе-- «вонзающим в воду весло» загорелыми мускулистыми руками. Ведь это тоже кусочек истории (пока малоизвестный) нашего города и ее главной реки—Белой.

Поилица, кормилица, великая труженица

Закончим наш рассказ о Белой словами Нины Рыбалко: «Река трудилась: пароходы, баржи на буксирах, катера и лодки моторные и весельные—все шумело, двигалось. Громкоговоритель «спасалки», визги купающихся, шлепки вальков (орудие для стирки, прим. ред.) женщин на специальных мостках (Владимир Власов, экс-учитель третьей школы даже цену назвал мне—десять копеек за стирку, и собирал эту плату Габбас, прим. автора).

Белая не только забава для детей и взрослых, но и кормилица бирян. То и дело к причалу подходили баржи с товарами, мукой, сахаром, солью. На разгрузку нанимались мужчины разных возрастов».

От себя добавлю—и даже подростки. Хорошо помню, как мы с пацанами, поработав на погрузке соли в мешки из насыпанных на берегу соляных гор, радостно подсчитывали зарплату зудящими от соли пальцами. А потом бежали за мороженым, лимонадом и на пельмени в «столовку» на речном вокзале, а вечером, конечно, в «Аврору». Даже в Уфу съездили, впервые в жизни (но это уже будет другая история, не хуже, чем в фильме «Приключения итальянцев в России»).  

Вот такая она, наша Белая и ее скромные труженики: рыбаки, речники, перевозчики, спасатели, грузчики, доярки и пастухи забельских лугов. То есть биряне, жители старинного города на Белой. И я думаю, для них обязательно найдется пара-другая местечек на новой набережной. Как и для больших фото (а может, и мини-макетов «Горлинки», «Ракеты», первого парохода в Бирске) и других (предлагайте!) «знаковых арт-объектов показа».   

Фотоколлаж Валерия Киселева